Капром в Екатеринбурге

Интересные места

Капром в Екатеринбурге

Что такое капиталистический романтизм в архитектуре. Самые яркие примеры из Екатеринбурга.

Термином «капиталистический романтизм» называют постсоветскую архитектуру с 1991 по 2008 годы, которая возникла на фоне внезапно пришедшего капитализма и полной свободы, наступившей в градостроительстве, когда строить стало можно кому угодно и как угодно.

Большинство этих зданий современники считают уродливыми, аляповатыми, смешными. При постройке часто не учитывалось, какое у здания будет окружение, застройщики относились пренебрежительно к памятникам и историческому виду местности, но с точки зрения истории, среза эпохи здания капрома имеют определенную ценность.

За весь период господства стиля их построили не просто много, а очень много. После неприличной градостроительной свободы случился экономический подъём, который продолжался до экономического кризиса 2008 года. Но и позднее архитекторы продолжали и продолжают строить по заветам капрома.

Мы отобрали из всего разнообразия полтора десятка самых ярких представителей этого стиля в Екатеринбурге. Шесть самых-самых из них прокомментировали авторы термина капиталистический романтизм и основатели телеграм-канала «Клизма романтизма», архитектор Даниил Веретенников, урбанист Гавриил Малышев и искусствовед Александр Семёнов.

Театр кукол

Архитектор Александр Долгов, 1996-1998 годы.

Комментирует Александр Семёнов:

«Многие не любят капром за то, что он иногда появлялся на месте любимых построек. И это тот самый случай. В 1963 году в Екатеринбурге было построено первое в СССР специализированное здание для кукольного театра. Хороший пример модернистской, правильной архитектуры с большим квадратным остеклением в контраст глухому фасаду.

Но «шальные» 90-е требовали нахальных постмодернистских решений. И не рядом, а на прямо на месте советского театра возник новый российский с не менее красивыми, но уже трапециевидными и синими окнами, с красной скатной крышей (как тебе такое, Ле Корбюзье?).

Важно понимать, что капром для нас — это любовь ко всей архитектуре. Если бы сейчас сносили прежнее здание, мы выступили против. Но однажды построенное — случившийся факт. Один яркий образец своего времени незаслуженно, но сменился другим таким же выразительным. И это новое мы должны сохранять, как историческую память».

Ресторан «Харбин»

Открыт в 1991 году

Это образчик раннего, ещё робкого и скромного капрома. Построить «китайсикй» домик с мифическими львами у входа можно было только с приходом той свободы и вседозволенности, какая наступила после распада СССР. Да, в облике этого здания ещё нет никаких постмодернистских черт, но всё равно это яркий представитель эпохи.

Проект полностью «местный». Даже приглашенный китайский дизайнер тогда заявил, что у них так уже давно не строят. Согласитесь, в наши дни вряд ли какой-нибудь бизнесмен на такое решился бы.

Атриум Палас Отель

Архитектор Геннадий Белянкин, 1998 год.

Здание Атриум Палас Отеля — яркое доказательство того, что капром был повсеместным явлением, которое захватило принципы архитектуры и градостроительства на всех уровнях. Даже такой прославленный мэтр, как Геннадий Белянкин, бывший главный архитектор Свердловска, автор Дворца Молодёжи и «Космоса», в 90-е применял принципы капрома: сплошное зеркальное остекление, стеклянные купола, золотая отделка, колонны.

Два бизнес-центра на Розы Люксембург

около 2007 года

Улица Розы Люксембург — единственная в городе, где сохранилось столько памятников архитектуры XIX-XX веков. Только здесь можно встретить сразу два или три памятника рядом. И в эту компанию затесалась эта капромантическая парочка. С виду два этих домика раньше были памятниками архитектуры, но капром всегда контекстуален, так что тут нельзя сказать наверняка. Вполне может быть, что их построили такими по оригинальному проекту, пытаясь подстроиться под окружающую архитектуру.

Громадьё: «Гринвич», «ГринГо» и «Пассаж»

архитектор Владимир Громада

Общество «Малышева, 73» и их бессменный архитектор Владимир Громада — самые плодотворные поставщики капрома в Екатеринбурге. Троица торговых центров собрала всё, за что не любят этот противоречивый стиль: полное пренебрежение городским пространством, снос памятников, дешёвые стройматериалы, китч и аляповатость в отделке.

«ГринГо» за необычный дизайн со строительной «бабой», пробивающей фасад, не раз попадал в списки самых уродливых зданий не только города, но и России. Скандальный «Пассаж» многие горожане до сих пор обходят стороной, а «Гринвич» по мере появления новых очередей сравнивали с опухолью — согласитесь, не самое лестное определение.

«Гринвич», фасад со стороны Вайнера

Гавриил Малышев о ТРЦ «ГринГо»:

«Эволюция/деградация? торгового центра. Свою теорию «Происхождение видов» Чарлз Дарвин написал после кругосветного путешествия. Однако в своей экспедиции он миновал Екатеринбург, поэтому, возможно, мы так и не узнаем, как выглядел ближайший общий предок уральских торговых центров. Тем не менее, дальнейшую эволюцию одной из ветвей проследить несложно.

Тучный 2008 — и в городе открывается ТРЦ «ГринГо», с развлекающим фасадом и развлекательным наполнением. Гиря, «пробивающая» фасад: такое можно себе представить только в эпоху капромантизма. В 2011 здание перестраивается в ТЦ Мода, позиционирующий себя как бутик-маркет: теперь вместо гири на фасад помещены экраны (отгремел финансовый кризис, не до развлечений, одеться бы).

В 2015 объект снова меняет концепцию: теперь это магазин для увлечённых здоровым образом жизни Sila Voli, стекло на фасаде закрывают агитационными панелями (санкции, весь мир против нас, уже не до шмоток — пришло время сильных). Затем миру был явлен неосуществленный проект реконструкции ТЦ: экраны и постеры будут сняты (дань урбанистам-победителям), в фасад добавят модной параметрики и дерева. На примере здания мы видим, как мимолетны эстетические вкусы, и как легко переписывается история».

Александр Семёнов о «Пассаже»:

«Ко мне однажды подошёл студент, переехавший учиться в Петербург из Екатеринбурга, и рассказал страшную историю о том, как в его городе построили торговый центр с «декором из пенопласта». Как опытного исследователя, этот факт меня не поразил. Но вот утрата уникальнейшего здания Товарной биржи 1916 года — здесь можно было усмотреть и начало конструктивизма, и закат неоклассики, и даже щепотку идей немецкого Веркбунда — кажется мне абсолютно немыслимой.

Одна из самых несправедливых черт больших растущих городов — новые здания пытаются встать на место старых. Иногда это новое становится настолько ярким выразителем своей эпохи, настолько значимым для современной городской ткани, что мы невольно забываем о предыдущих уничтоженных проектах.

Моё мнение — любое здание имеет право на сохранение. Другое дело, как осознаётся архитектурная ценность большинством, готово ли оно заступиться за свою любовь. К сожалению, пока в России не соблюдаются даже базовые права человка, говорить о реализации права на наследие не приходится. И виновата в этом не архитектура нового «Пассажа», а коррупция, попустительство во власти и слабое гражданское общество».

Евросредневековье

Некоторые жилые дома, построенные в период господства капрома, выделяются в отдельную группу. Их начали строить с самого начала в 90-е и не успокаиваются до сих пор.

Главная черта этой группы — их архитектура подражает средневековой. То ли именно замки и крепости архитекторы считали самыми «европейскими» — а всё что евро- двадцать-тридцать лет назад считалось самым престижным. То ли капиталистический романтизм таким очевидным образом наследует романтизму классическому, «юноше бледному со взором горящим».

Крепость на Энгельса

Окна-бойницы, неприступный двор и как будто бы полная необитаемость — таким было элитное жильё в 90-х.

Считается, что дом на Энгельса, 30 — первая «элитка», построенная по европейским технологиям в постсоветском Екатеринбурге. Его сдали в 1998 году.

цитата с e1.ru

«Второй евродом» на Гурзуфской

На самом деле крепость на Энгельса была не первой. Практически одновременно с ней, в 1997 году, появились «Первый евродом» на улице Урицкого, про который ходили жуткие городские легенды, и «Второй евродом» — совместное детище «Уралгражданпроекта» и «Главболгарстроя». Мраморная мемориальная доска гордо сообщает, что это второе в городе здание, построенное по европейским технологиям и при участии иностранных специалистов. Вот так, на постсоветском пространстве Болгария внезапно стала «заграницей».

Многоэтажное поместье

Некоторые квартиры в этом доме на Народной Воли, 25 по проекту оборудованы… Нет, не саунами. Нет, не фитнес-залами. Нет, не бассейнами, а кладовыми. Холодными! Ощути себя средневековым помещиком, отрезая кусочек от висящего на крюке хамона и вытирая пыль с бутылочки винтажного хереса.

Видите эти цилиндрики без окон, прилепленные к фасаду — это и есть они, холодные кладовки, атрибут красивой жизни в представлении застройщика из 1997 года.

Квартал богачей

Даже знаменитый квартал миллионеров на улице Красноармейской при ближайшем рассмотрении довольно сильно «косит» под средневековые замки. Правда для самой элитной и образованной публики бойницы и башни таки перемежаются конструктивистскими эркерами.

Король Артур и пацыки круглого стола

К 2010-м, когда капром официально уже сошёл на нет — напомним, его ограничивают 2008 годом, когда случился финансовый кризис — тогда мода на средневековую архитектуру докатилась до окраин. Так появился в 2011 году ЖК «Камелот» на улице Селькоровской, прекрасный, как замок Спящей красавицы в Диснейленде.

Здесь интересно проследить, как от совершенно узнаваемой реальной крепости архитектура постепенно деконструируется до мультяшного замка. От реальных рыцарей — до рыцарей мифических, даже комиксовых.

Уральские самоцветы

Сразу несколько капромных зданий уральской столицы так или иначе обращаются к романтической теме драгоценных камней. Кроме упомянутой ниже парочки, это и ЖК «Бажовский» в Пионерском, и ТЦ Mondial на перекрестке Радищева и 8 Марта.

Отель «Эмеральд»

2008 год

Отель «Emerald» (изумруд с переводе с английского) — младший брат спорткомплекса «Изумруд», что расположен здесь же и появился гораздо раньше, почти в самом начале периода.

Комментирует Даниил Веретенников:

«Суть романтизма (и капиталистического, и любого другого) — противостоять общегосударственному, казённому и апеллировать к своеобычному, локальному, персональному. В этом смысле один из ярчайших памятников уральского капрома — отель «Эмеральд»: и названием, и формой здание отсылает к друзе уральских самоцветов. Капромантический Данила-мастер, изваявший этот каменный (сиречь, стеклянный) цветок, заложил в него и узнаваемую форму настоящего кристалла изумруда — эркер-восьмерик с шатровым навершием, — и даже силуэты пологих Уральских гор, считывающиеся в сложном контуре скатных крыш.

Здание состоит из двух контрастных объёмов, поставленных друг на друга: кирпичного низа и стеклянного верха. Такая композиция отделочных материалов вкупе с зубчатым силуэтом кровли странным образом роднит здание с одной из икон современной архитектуры — зданием Гамбургской филармонии. Но не торопитесь обвинять екатеринбургских зодчих в плагиате: «Эмеральд» почти на десять лет старше своего культового двойника».

Ресторан-клуб «Чёрный бриллиант»

около 2007 года

Здание, которое притворяется особняком в стиле модерн, пострадавшим от варварской реставрации, на самом деле построено с нуля по оригинальному проекту. Как и парочка с улицы Розы Люксембург, «Чёрный бриллиант» пытается хоть как-то соответствовать своим соседям. Через дорогу от него и за углом, на улице Вайнера, памятники сохранились пока ещё целыми линиями, а не просто отдельно стоящими диковинками, сдавленными стеклом со всех сторон.

И ещё разок про элитное жильё

Что уж поделать, если разгар капиталистического романтизма совпал с началом необычайного строительного бума. Вот ещё два примера жилого капрома.

На высоком берегу на крутом

начало 2000-х

В начале двухтысячных в Екатеринбург пришёл мини-бум таунхаусов. Аккуратные низенькие домики, двух- и трёхуровневые квартиры с гаражом, отдельным входом, а если повезёт, то и с небольшим садиком — куда уж роскошнее для города, где экономят каждый квадратный сантиметр и на любой пятачок стремятся поскорей всунуть высотку.

Так и появился на месте бывшего склада химреактивов «элитный» посёлок «Исеть», который в народе быстро окрестили Освенцимом. Элитные избушки втиснули вплотную друг к другу, окна в окна, как лагерные бараки. Ни деревца, ни дворика, ни одной захудалой детской качели, зато элитно. Охотников поселиться здесь нашлось немного, многие элитные квартиры сейчас сдаются под офисы.

Его сосед — ЖК «Высокий берег». Обычная история: банкротство застройщика, стройка заморозилась на десятилетие, собственники достраивали всем миром уже в 2015 году. Таких круглых стеклянных стаканов по всему городу понастроили множество, но только у «Высокого берега» на крыше — не просто пентхаусы, а всё те же элитные домики гномиков. Только для настоящих романтиков капитализма!

Современная сталинка

2007 год

Монструозный ЖК Белинского, 86 определенно строил кто-то, кто всегда мечтал жить в номенклатурной сталинской высотке со слуховыми окошками в стенах. Со двора образ дополняет детская горка в форме Кремля.

Комментирует Александр Семёнов:

«В архитектуре постройки легко угадывается образ сталинской высотки: симметрия, башенки со шпилями, арки, лепнина. Использование этого сюжета характерно для эпохи: за сталинской архитектурой прочно закрепился имидж элитарности и качества, сталинки — до сих пор самый востребованный продукт на вторичном рынке, а значит такая архитектура продаёт. Чем и воспользовались застройщики ЖК. Кроме того, масштабы постройки отлично описывают закат тучных лет, когда точечная застройка начинает уступать комплексному освоению территорий и крупным ансамблевым проектам, когда на уральскую землю приходит небоскрёбостроение».

Газпром Трансгаз

2003 год

Завершим нашу и без того длинную подборку зданием, которое вобрало в себя всё, что присуще капрому как таковому, но при этом без характерных внешних черт.

Комментирует Даниил Веретенников:

«В общем-то, здание служит продуктом эпохи капиталистического романтизма далеко не во всех смыслах. Его начали строить ещё в застойном 1976 году как гостиницу «Турист». Однако с самого начала что-то пошло не так, время завершения строительства несколько раз переносили, пока в 1992 году стройку не заморозили вовсе. К объекту вернулись лишь спустя десять лет, когда владельцем недостроя стало одно из подразделений «Газпрома». Здание, чей профиль сменился с гостиничного на офисный, ввели в эксплуатацию в 2008 году — на излёте эпохи капромантизма. Общая композиция башни осталась вполне модернистской, от капрома в ней — выбор отделочных материалов и детали фасадов».

А что ещё

«Тихвинъ», «Бажовский», «Онегин», «Покровский пассаж», ЦУП РЖД, Корин-Центр и его младший брат, и прочая и прочая — больше, гораздо больше капиталистической красоты Екатеринбурга вы найдёте в альбоме Марины Митрохиной, фотографа и городского исследователя. Ссылка на альбом: https://vk.com/album-80125953_278446999.

Фотографии: Марина Митрохина; кроме: Крепость на Энгельса и Розы Люксембург, 17 — фото Станислава Шминке, ЖК Камелот — фото Елизаветы Your Lisa, ресторан «Чёрный бриллиант» — Фото Андрея Баландина.






comments powered by HyperComments


Читайте нас в TelegramFacebook, ВКонтакте и Twitter.
Уралнаш в городской ленте Вконтакте